Сентябрь.

Одессе 227 лет.

Пора в школу...

История, рассказанная в следующий раз

Увы и ах!

Михаил Рабинович

Илья давно заметил, что дантисты – хорошие рассказчики. Они привыкли высказывать свои мысли неторопливо, обстоятельно, не боясь, что их прервут. Действительно, кому охота выплевывать не загустевшую еще пломбу, чтобы артикулировать логическое несоответствие или фактические неточности в монологе зубного врача Пусть, пусть говорят…

– Если такая погода сохранится, то в следующую пятницу поедем на рыбалку. Есть у меня четыре друга. Кореша. Я с одним из них и с его приятелем-поляком даже во Флориду когда-то ездил. Заходим в хороший такой бар. Официант тоже поляк, он говорит – чего вы здесь сидите? Ну, мы пошли наверх. Там для ВИП отдельные кабинеты. Один – для нас. Мы пошли в другой – там девице тату делают. Татуировку, значит. Я посмотрел – она голая, но голой быть нельзя по закону. Если приглядеться, то на ней здесь и здесь все есть, только прозрачное почти, по закону невидимое. До нее дотронуться нельзя, только иглой для тату и строго по периметру рисунка. Это тоже поляк объяснил, там еще один поляк был, а в коридоре – еще двое. Платье у нее хорошее такое лежало рядом, в цветочек. Моя жена тоже купила в «Мэйсис», сорок процентов натуральное, и остальные шестьдесят – тоже натуральное. Это ее дядя посоветовал мне идти в дантисты, даже заставил, можно сказать. Я тогда молодой был, глупый. Дядя говорит: «Я тебя убью». Убьет, значит. Вряд ли, конечно, убил бы – но я пошел в дантисты. Это если бы я не пошел, он угрожал. Ну, я и пошел учиться. Отучился, значит. Стал работать, зарплату первую получил. Захожу в винный магазин. Какой, спрашиваю, у вас самый дорогой коньяк? А они мне – покажи деньги. Я показал. А они тогда – бери этот. Я купил, сел в автобус, подъехал к дому, поднялся по лестнице, позвонил ему в дверь. Гляжу – дядя. Он говорит: «Ты чего?» А я: «Пришел спасибо сказать». А он: «Ну, тогда наливай». На рыбалке, в пятницу с друзьями, мы тоже выпьем.

Завершив таким образом круг не сдерживаемых ничем, а только цепляющихся кусочками друг за друга кусочков воспоминаний, дантист не остановился и пошел по второму кругу.

«Да черт с тобой, с твоей рыбой, татуировкой и платьями, – думал Илья. – У меня рот затек. Я не думаю, что движения рук должны быть настолько медленными, чтобы охватить весь том твоих воспоминаний».

– А рыбалка – это счастье. Жена в платье из «Мэйсиса» – тоже счастье, но другое. На рыбалке ее нет, вода шуршит, как фантики от конфет. Вообще-то у нас чисто дома, а я нашел фантик на полу под диваном вчера. Зову жену. Это, говорю, что? А она: «Это фантик». А я говорю: «Почему он здесь?» А она: «Я не знаю». А я: «Что же с ним делать?» – с намеком так сказал. А она: «Убери его в мусорное ведро». И я убрал. Она остроумная, веселая, а рыба-то тихая. Не слышно ее до следующей пятницы. В лучшем случае булькает что-то. Уже другая рыба будет. А жена у меня лет двадцать, больше даже, лет двадцать, включая выходные. В будни-то мы на рыбалку не ездим, четыре друга, кореша. У всех работа, нервная. У меня вот – люди с зубами. Вы-то еще ничего, приличный пациент. Бывает, такой рот раскроют – ужас. У всех работа. У меня – зубы, из-за дяди. Спасибо ему. Он сказал, дядя, значит, сказал: «Наливай». Мы тогда выпили. Во Флориде тоже бывало с поляками. Без поляков пили, это да, но и с поляками тоже. Обычно-то мы мало пьем. Татуировка тогда была как змея. До попы хвост доходил, но попа обычно прикрыта, по закону. А голова змеи – где шея. Говорят вот, что жена – шея, а муж – голова.

«Долго еще?» – знаками спросил Илья.

Дантист, видно, понял его неправильно.

– А, это? Форма поп и задниц, действительно, разная бывает, но мысли-то и чувство у человека одинаковы для всех. Чего каждый хочет? Чтобы зубы у него не болели, вот чего. Спасибо дяде. Сплюньте.

Илья сплюнул.

– Не жмет? – спросил дантист, будто речь шла о ботинках.

– Зуб нормально, – сказал Илья. – Вот в ушах что-то булькает.

– Ну, это не ко мне, – опять не понял намек дантист.

Илья вышел в коридор, посмотрел на себя в зеркало, поправил прическу. Дантист вышел за ним, чтобы дорассказать свои истории или хотя бы одну из них. Все они связаны между собой.

– Ну, значит, шея и голова. Иду я, значит, на кухню выбрасывать фантики в мусорное ведро…

– И я пойду, – сказал Илья. – Я тороплюсь, спасибо.

– Ладно, в следующий раз, – сказал дантист. – Как говорится, на самом интересном месте…

 

Добавить комментарий

Комментарии публикуются после модерации. Комментарии, содержащие оскорбления, нецензурные и грубые выражения, рекламу, не будут допущены к публикации.
N.B. Свои миниатюры и другие произведения просьба присылать на e-mail редакции, а не оставлять в комментариях.


Защитный код
Обновить

Материалы, опубликованные на страницах из произведений разных авторов, не отображаются в списках. Воспользуйтесь поиском по сайту для получения более полной информации по автору.

Фонтан рубрик

«Одесский банк юмора» Новый одесский рассказ Под сенью струй Соло на бис! Фонтанчик

«эФка» от Леонида Левицкого

fontan-ef-newyear-santa.jpg

Книжный киоск «Фонтана»

«Фонтан» в соцсетях

  • Facebook – анонсы номеров и материалов, афоризмы и миниатюры, карикатуры
  • Google+ – анонсы номеров
  • YouTube – видеоархив

 

 

Авторы