Михаил Мишин: Грани

Соло на бис!

Великий мечтатель надеялся стереть грани. Между городами и селами, между мозгами и мускулами, меж кукурузой и едой. 

Мечта сбылась – в части искусства. Стерты не только грани, но даже мысль, что они были. Что было количество и была граница, за которой шло качество. Все забыто. Качества, количества, грани – нет ничего. Есть – рейтинг.

Все сидят и подсчитывают. У этого рейтинг упал. А у того и не поднимался. Вообще, этот рейтинг какая-то смесь сексопатологии и шахмат. Там он определяет достижения – тут он их заменяет. «В последнем хит-параде рейтинг Даниеля превысил рейтинг Ариэля». И плевать, что один из них певец, а другой стиральный порошок номер один в Европе. Поют одинаково. 

Рейтинг торжествует, грани продолжают стираться и вообще, и в принципе, и во всех жанрах. 

Грань между скульптурой и тем, что этот парень наваял на каждом углу, различает только мэрия. Грань между балетом и отсутствием координации – даже она не может. Какая грань – тот Моисеев и этот Моисеев. 

Размыта грань между великим и смешным. Смешные, окружающие тебя, уверены, что они великие. Хотя ты-то точно знаешь, что великих всего двое. Первый – ты, второй – ты в зеркале. Поэтому, кстати, полностью размыта разница между провалом и триумфом, отличие только в том, что в случае провала банкет длится дольше. Потому что давно стерта грань между талантом и умением не трезветь. 

Последнее, что в искусстве сверкает всеми гранями – это скромность.

Разговор в Доме кино.

– Ты картину видел?

– Нет. 

– Идиот! Потрясающе. Грандиозно. Зал рыдал. 

– А чья картина? 

– Моя. 

Но быстрей всего тает грань между мужским и женским. Тут процесс обоюдный. Навстречу колоннам перебежчиков-мужиков идет поток баб-дезертирок. Некоторые так часто меняют ориентацию, что уже сами запутались и не знают – где садиться в передаче «Про это» (унылый обмен опытом тех, кто этого не может, с теми, кто этого не хочет, при участии экспертов, которые плохо помнят, что это такое).

Исчезли грани – возникли смежные профессии. Расхититель-продюсер. Импресарио-рэкетир. Пацаны-меценаты. Гастрольная деятельность оживилась усилиями региональной братвы. Братки встречают, поселяют, организуют сауну и не скрывают уважения. 

– Какие люди, блин! Народные артисты. Моя Людка от тебя – кипятком...

Такого обслуживания звезды не видели со времен Саввы Морозова. При этом нынешние пацаны отличаются от прежних администраторов тем, что, во-первых, реже обманывают, во-вторых, меньше пьют, в-третьих, если выпьют, могут и замочить, о чем потом пожалеют, но все же лучше сесть на поезд, не дожидаясь. 

Впрочем, сама грань между братвой и богемой тоже успешно стирается. Уже нет отличий по культурному уровню и лексике. И уже не понять, кто из зоны, а кто из ВГИКа. И те и другие татуированы, и те и другие при встрече целуются. Правда, пока братва меньше матерится, а богема не говорят друг другу «брат». Но вот-вот сотрется и эта грань. 

И будет чисто конкретно – все люди братья. 

 

Добавить комментарий

Комментарии публикуются после модерации. Комментарии, содержащие оскорбления, нецензурные и грубые выражения, рекламу, не будут допущены к публикации.
N.B. Свои миниатюры и другие произведения просьба присылать на e-mail редакции, а не оставлять в комментариях.


Защитный код
Обновить

Фонтан рубрик

«Одесский банк юмора» Новый одесский рассказ Под сенью струй Соло на бис! Фонтанчик

«эФка» от Леонида Левицкого

fontan-ef-pingwin.jpg

Книжный киоск «Фонтана»

Авторы