Детское время – №222

Фонтанчик

Вячеслав Добровольский

«Моя копия»

Так говорил, хвастаясь мною перед друзьями, мой отец. Я настолько привык к этим словам, что одно время считал их своим полным именем. Чуть постарше, когда понял значение этих слов, я сделал их своим девизом. С детства и на всю жизнь!

Судите сами. Папа был велогонщиком, бронзовым призером Чемпионата Украины, я более 40 лет уже в автоспорте, чемпион Ленинграда. Оба мы работали актерами и режиссерами в театре, много лет отдали телевидению и документальному кино… Все это, конечно, происходило в разное время, но можно из этого понять, как тянулся я за отцом. 

В общем, для начала я решил быть его достойной копией. Поэтому во время многочисленных встреч папы с его друзьями по спорту, театру, и, главное, с друзьями детства, я был, что называется, одно сплошное ухо. И вот к чему это однажды привело. 

– А помнишь, как мы первый раз курили?

– Или! Пошли на казенку (прогуляли школу), купили пачку «Любительских» на деньги для завтрака, забрались в наш дровяной сарай с сухими дровами, попробовали невзатяжку, жутко не понравилось, но деньги заплачены, так что выкурили всю пачку, было дурно, голова кружилась, потом жевали траву, листики с деревьев, объели весь лимон на 1-м этаже у тети Поли, чтоб запах забить… и, как ни странно, обошлось! Родители пришли поздно. 

Первая фраза диалога принадлежала папиному другу, вторая папе, которому во время эксперимента было 8 лет. Мне, когда я это услышал, было столько же…

На следующий день с моим одноклассником Димкой Леоновым мы осуществили, как сейчас говорят, реконструкцию. Благо двор, сарай и даже тети Полин лимон находились на тех же местах. Но моя бабушка, папина мама, оказалась дома и запах учуяла…

Отыгравшись на моей спине мокрым вафельным полотенцем, она загнала меня в комнату с одной фразой в конце: «Сиди, пока не придет папа».

Папа зашел в комнату. Желваки на его скулах не предвещали ничего хорошего. Но я помнил наш с ним уговор: НЕ ВРАТЬ… 

Диалог был коротким:

– Курил?

– Да. 

– Зачем?

– Потому что я твоя копия, сам говоришь…

– ??? (желваки перестали двигаться, брови взметнулись, создавая на лбу морщинки, которые я очень любил и даже старался создать их у себя).

– Ты вспоминал вчера с дядей Жорой, как вы в 8 лет первый раз курили?

– Да, ну и что?

– Так мне сейчас 8…

Договорить мне не удалось. Отец успел выскочить из комнаты. Долгое время его хохот сотрясал квартиру к полному неудовольствию бабушки. 

Нахохотавшись, он продолжил диалог:

– Мне не понравилось. 

– Мне тоже. 

– Я потом до 17 лет не курил…

– И я не собираюсь…

В это трудно поверить, но закурил я именно в 17 лет, хотя еще за год до этого папа сказал: «Если начнешь, кури открыто, не будешь курить дрянь. Где лежат сигареты ты знаешь»… 

 

Бацилла вежливости

С детства я видел, как папа и дед открывали дверь перед бабушкой и мамой, как подавали им пальто. То же самое всегда делали их друзья. (В то время люди в Одессе встречались часто, семьями). 

Став немного старше, лет с пяти, я понял, что пора и мне делать так же. Дело было за случаем, и он вскоре представился. 

Августовский вечер. В Аркадии, по главной аллее, постепенно идет к морю группа из нескольких супружеских пар, среди которых мои родители. Всем по 30-35 лет, вместе с ними, естественно дети. Женщины в легких платьях, мужчины в рубашках «апаш». И только я гордо вышагиваю в своем первом «взрослом костюме»: длинные брюки, и, главное, пиджак.

Мне не раз доводилось видеть на сцене, в кино и в жизни, как парень набрасывает на плечи девушке пиджак. Это было очень красиво, и я мечтал когда-нибудь сделать так же…

И вдруг порыв ветра! Я заметил, как поежилась от него мамина подруга. Представьте разницу в росте и комплекции взрослой женщины и 5-летнего пацана, даже не очень мелкого. Но возможность осуществить мечту победила! Тетя Стася едва успела произнести, – «что-то прохладно стало», – как я запрыгнул на скамейку, быстро снял пиджак и набросил ей на плечи. Вернее, на одно плечо, сказалась разница в размерах…

Пауза взрослых, думаю, превзошла по длине знаменитые финалы из « Ревизора» и «Бориса Годунова» вместе взятых. Взрослые не смеялись, нет. Папа только сказал, – «Моя копия», – и крепко обнял. 

Как умны были взрослые в этом случае! Рассмейся они, и возможно я бы никогда не решился еще раз на подобный поступок. А так я расценил их реакцию, как одобрение и понял, что можно и нужно продолжать. 

С 1 по 4 класс я учился в одесской 122-й школе. Раздевалок у нас тогда не было. Четыре параллельных класса, в каждом – чуть ли не по 50 человек, раздевались тут же, вешая пальто на гвозди, вбитые в длинную доску вдоль стены. Почти все мальчишки сидели с девочками и безусловным рефлексом было то, что по окончании уроков мы подавали пальто своим соседкам по парте. (А возможно, не только я тогда в Одессе хотел быть копией своего папы!)

И вот январь 1964 года. Две недели, как мы переехали в Ленинград, здесь прошли зимние каникулы и настал, наконец, первый день, когда я пошел в ленинградскую школу. 

Уроки закончились и мы спускаемся на первый этаж в непривычную для меня общую раздевалку. По привычке я помогаю моей соседке по парте снять с вешалки пальто, беру его двумя руками и подаю ей… 

Свеклу в разрезе видели? Такого цвета вмиг стало ее лицо, остальные застыли (опять немая сцена!)…

Пальто на нее я все же надел. И не только на нее. Я подал пальто всем девочкам класса! 

Нет, Ленинград и вправду интеллигентный город! Через неделю все мальчишки нашего класса делали то же самое, а чуть позже и другие классы заразились этой «бациллой вежливости». Хотя, справедливости ради, нужно сказать, что «заболели» этим не все. Двум-трем насмешникам пришлось «объяснить действием». (Папа задолго до этого научил меня драться, в Одессе его несколько раз за это в школу вызывали). Остальным я просто рассказал, что в Одессе все настоящие мужчины так делают.

Год спустя, на новогоднем школьном празднике, директор школы на весь актовый зал объявил наш «6-й Б» самым вежливым классом в школе. Хотя моя соседка по парте, когда я подавал ей пальто, краснеть так и не разучилась… 

 

Людмила Уланова

Питон и батон

Ко мне домой приполз питон –
Голодный, грустный, одинокий,
И я дала ему батон 
Большой, душистый, крутобокий.

Его он мигом проглотил,
Как есть, без масла и без чая,
И тут же снова загрустил,
Хвостом в отчаянье качая.

«Полметра сыты, – всхлипнул он, –
А восемь голодны, как прежде!
Ты мне дала один батон,
Не дай же умереть надежде.

Нужны еще шестнадцать штук!»
И, не стерпев питоньих стонов,
Кивнула я: «Конечно, друг!
Вперед, к источнику батонов!»

И, оставляя след в пыли,
О камни пузо обдирая,
Мы в супермаркет приползли
К дверям батонового рая.

Шестнадцать штук нашлось как раз,
Питон глотал, но не жевал их.
Весь магазин глазел на нас,
Таких клиентов небывалых.

Питон прямым и жестким стал
И проползти не мог ни шага –
Он был от морды до хвоста
Набит батонами, бедняга!

Приказ охрана отдала
Нам зал покинуть магазинный.
Как я питона волокла! 
Ведь восемь метров! С половиной!

Сто девяносто два кило!
(А кто не верит, сами взвесьте).
И без батонов тяжело,
А с ними – килограммов двести!

Вот он лежит, бревно бревном,
Над ним стою уже полдня я
И вспоминаю милый дом,
Слезу огромную роняя.

Злодейка-совесть не дает
Питона бросить у дороги.
Я обращаюсь к вам, народ!
Врачи, таксисты, педагоги!

Старушки! Дети! Господа!
Певцы! Мешальщики бетона!
Идите все скорей сюда,
Чтоб вместе унести питона.

Ну вот, спасибо вам, друзья,
Давайте все беритесь разом!
Куда тащить? Не знаю я,
Но верю в коллективный разум.

Нежней! Он все же не бревно!
Ну что ж, в руках надежных ноша,
А мне домой пора давно.
Герои, в путь! Прощай, питоша…

 

Добавить комментарий

Комментарии публикуются после модерации. Комментарии, содержащие оскорбления, нецензурные и грубые выражения, рекламу, не будут допущены к публикации.
N.B. Свои миниатюры и другие произведения просьба присылать на e-mail редакции, а не оставлять в комментариях.


Защитный код
Обновить

Фонтан рубрик

«Одесский банк юмора» Новый одесский рассказ Под сенью струй Соло на бис! Фонтанчик

«эФка» от Леонида Левицкого

fontan-ef-grammofon.jpg

Книжный киоск «Фонтана»

Авторы