Детское время – №261

Фонтанчик

Сергей Махотин

Пять Петь

В одном классе было пять Петь. Вся школа удивлялась. Даже из других школ приходили, чтобы проверить: не врут ли? В одном классе –  и пять Петь! Так не бывает!

Оказалось, бывает!

–  Действительно, пять Петь… –  качали головами недоверчивые. –  Наташ, Маш, Глаш –  по одной, Саш, Паш, Аркаш –  по одному, а Петь аж пять! Феномен! Игра природы!

Популярность пяти Петь росла. Про них написали в газете. Их показывали важным приезжим. Школа получила благодарность от министра образования. 

Естественно, учились Пети на отлично. 

–  Ну что ж, пять Петь, –  пять! –  улыбаясь, подводила итоги диктанта Марья Ивановна. –  Каждому!

Однажды, правда, появился в школе молодой учитель математики. Проверив контрольные, он тоже объявил:

–  Ну что ж, пять Петь, –  пять!

–  Каждому? –  поинтересовались Пети по привычке.

–  Нет, в сумме! –  пояснил математик.

И в тот же день был уволен. 

Вместо него пришла пожилая математичка. Тоже, кстати, Марья Ивановна. Директриса этому совпадению страшно обрадовалась. Счастливая мысль озарила её: «Раз пять Петь 

прославили мою школу, пусть удвоят эту славу пять Марий Ивановен!» 

Третью Марью Ивановну нашли быстро. Она работала уборщицей в соседнем детском саду. А теперь стала учительницей труда.

Четвёртая Марья Ивановна оказалась учительницей немецкого. Ради неё в школе стали изучать второй иностранный язык. 

С пятой пришлось повозиться. Пустовало место учительницы эстетического воспитания, но ни одна Марья Ивановна сюда не годилась. В конце концов директриса исключила этот предмет из школьной программы. Зато появилось пение и пятая Марья Ивановна. До этого она играла на барабане в духовом оркестре жён пожарников. 

Она-то и загубила всё дело.

У этой пятой Марьи Ивановны своих детей не было. Но собственное детство она очень хорошо помнила. Особенно своего злейшего врага, которого, к несчастью, звали Петей. Уж как он дразнил её, бил и обижал, пересказывать не буду. В общем, детство Маши счастливым не назовёшь. А тут на тебе –  целых пять мальчишек с ненавистным именем!

И стала Марья Ивановна вымещать на них все свои детские обиды. Двоек не ставила, но так унизит перед классом, так обзовёт «глухими тетерями» или «безголосыми петухами», что хоть в школу не ходи. Непедагогично она себя вела, прямо скажем. Да ведь быть педагогом Марья Ивановна никогда и не мечтала.

Одноклассники тоже хороши! Видя, как тает на глазах авторитет пяти Петь, стали насмешничать и задираться. Очень вредным бывает этот народец временами.

Кончилось тем, что сжалились родители над просьбами пяти Петь и перевели их в другие учебные заведения.

Поскучнела школа. Журналисты потеряли к ней интерес. Важные гости больше не наведывались. Министр образования посоветовал директрисе искать себе другую работу. Потому что пять Петь –  вот это было да! А школа, где одни Марьи Ивановны, –  тьфу! –  недоразумение какое-то. 

 

Борис Заходер

Суринамская пипа

Суринамская Пипа!
Ты знаком, без сомнения, с нею?
Незнаком?
Как же так?
Вот так так!
Ай-ай-ай!
За тебя я краснею!
Можно Панду не знать,
Туатару
Или Белоголового Сипа –
Но нельзя же не знать,
Что за зверь
Суринамская Пипа!

Хоть она обитает
В отдалённой стране –  в Суринаме
И поэтому редко, бедняжка,
Встречается с нами;
Хоть она некрасива
(Только скромность её украшает!),
Хоть она из семейства лягушек –
Познакомиться с нею
Весьма и весьма не мешает!

...Там,
В тени альгарробы, квебрахо
И другой экзотической флоры,
Вечерами лягушки и жабы
Ведут неумолчные хоры.
Среди кваканья,
Уканья,
Писка, урчанья и хрипа
Слышен чистый твой голос,
Суринамская Пипа!

У лягушек
Семейные чувства,
Как правило, слабы.
О потомстве
Обычно
Не слишком печалятся
Жабы.
А она –
Эта скромная дочь Суринама –
Хоть и жаба,
Зато
Исключительно нежная мама!

Да,
Не мечет она
Как попало
Икринки:
Все икринки
Лежат у неё на спине,
Как на мягкой перинке.
К материнскому телу
(И сердцу!)
Они прирастают;
И,
Не зная забот,
Головастики в них подрастают.

Не спеша подрастают...
Пока не исполнятся сроки –
Детки
Тянут, и тянут, и тянут
Из матери соки...
А потом убегают
Вприпрыжку
И совсем забывают о маме.
(Так бывает,
По слухам,
Не только в одном Суринаме...)

Так живёт
Суринамская Пипа.
Теперь –
Я надеяться смею –
Ты
Хотя бы отчасти
Познакомился с нею!
Если спросят тебя:
«Что за зверь
Суринамская Пипа?» –
Отвечай:
«Это жаба,
Но жаба особого типа!»

 

Добавить комментарий

Комментарии публикуются после модерации. Комментарии, содержащие оскорбления, нецензурные и грубые выражения, рекламу, не будут допущены к публикации.
N.B. Свои миниатюры и другие произведения просьба присылать на e-mail редакции, а не оставлять в комментариях.


Защитный код
Обновить

Фонтан рубрик

«Одесский банк юмора» Новый одесский рассказ Под сенью струй Соло на бис! Фонтанчик

«эФка» от Леонида Левицкого

fontan-ef-music.jpg

Книжный киоск «Фонтана»

Авторы