«Болото»

Сын ошибок трудных

Геннадий Попов

Она неподвижно уставилась на меня своим мутным ничего не выражающим взглядом. Не было сомнений – она узнала меня. Иначе чем объяснить, что из всех посетителей небольшого пивного бара, недавно открывшегося прямо на заросшем пустыре на окраине Иркутска под призывным названием «Болото», на редкость удачно подходящим для такого расположения, она своим пристальным вниманием осчастливила именно меня?

Тут же вспомнилась та жаркая безумная летняя ночь, которую год тому назад мы с ней провели в одной комнате во время моего очередного приезда в родной город. Но об этом чуть позже.

А все началось с того, что моему брату, владельцу небольшой коммерческой фирмы, пришла в голову мысль открыть пивной бар. А у моего брата, для тех, кто не знает, есть два характерных свойства. Во-первых, он если вобьет себе что-то в голову, то будет идти к намеченной цели с невероятной энергией и бычьим упорством, полностью оправдывая свое рождение под этим зодиакальным созвездием. А во-вторых, приступит к осуществлению своего плана обязательно с какой-нибудь незначительной мелочи, которая если и нужна (что совсем не обязательно), то в самую последнюю очередь.

Вот и открытие пивбара Саша начал не с его регистрации или взятия кредита, а с поисков крупной морской черепахи. Его сильно раздражало то, что окружающие, в том числе и компаньоны, не могут понять, на что она ему сдалась. 

– Бар будет называться «Болото», – объяснял он в который раз, – приглашу дизайнеров, чтобы оформили там все соответственно: камыши, кувшинки всякие, тина, а посередине будет большой аквариум с настоящей морской черепахой.

Перед этим он посмотрел какой-то документальный фильм о жизни черепах, и так они ему понравились, что он убедил себя в том, что наличие даже одной такой грациозной особи в пивном заведении обеспечит тому мощный и непрекращающийся поток посетителей, а следовательно, и стабильную прибыль. Впрочем, о прибыли, хоть бизнесменам это совсем и не свойственно, Саша думал в последнюю очередь. Главным для него было воплощение задуманного, сам вид материализованной идеи – только что ничего не было, никто и не верил, что это будет (вполне вероятно, что именно неверие окружающих и подпитывало Сашину энергию), и вот оно уже есть, работает и – да-да! – может даже принести прибыль. Саша обладал еще одной несвойственной бизнесменам чертой: добившись своего и наконец-то осуществив задуманное, он терял к этому всякий интерес. «Вот здорово! – радовались друзья и родственники, до того не верившие в успех Сашиного дела. – Сейчас можно такие деньги заработать!» И натыкались на Сашин безразличный взгляд, ему это было уже неинтересно. В его голове вызревал новый авантюрный план.

В общем, когда пивного бара еще не было и в помине, не было даже необходимых денег для его создания, Саша в расположенном на берегу холодной Ангары городе где-то раздобыл-таки морскую черепаху. Довольный, с видом человека, осуществившего наконец-то свою давнюю мечту, он и принес ее домой. Реакция домашних на выглядывающую из панциря пресмыкающуюся красавицу была неоднозначной: от восхищенно-влюбленной (шестилетняя дочь Даша) до неодобрительно-брезгливой (жена и теща). Но, независимо от отношения к ней, в течение нескольких дней черепаха вызывала общее стойкое любопытство. Члены Сашиной семьи то и дело заглядывали в ванную комнату, интересуясь, чем в данный момент занята поселившаяся там рептилия. Зачастили друзья и соседи, желая увидеть своими глазами экзотическое животное. Даша же теперь все свободное время проводила со своей новой любимицей. 

– Ну давай же, хватит лениться, двигаться нужно больше, – осторожно, предупрежденная об опасности укуса, подталкивала она черепаху деревянной палочкой.

Совместное проживание человека и независимого пресмыкающегося в силу разного жизненного уклада, вековых традиций и привычек неизбежно должно было привести к конфликту. Он и не заставил себя ждать. Первой открытое недовольство стала выражать теща:

– Я понимаю еще, люди кроликов на балконе разводят, на тех смотреть хоть не противно, и ванну не занимают. Что же мне теперь, из-за этой безмозглой твари ни белье постирать, ни помыться как следует…

К теще вскоре присоединилась и Сашина жена:

– Вас мне мало, так теперь еще и за ней ухаживать? Даша вон из-за нее музыку забросила, из дому не выходит… 

– Выбирай, – выдвинула коллективный (от себя и дочери) ультиматум теща, – или мы, или она.

Оказавшись перед необходимостью непростого выбора, Саша задумался. Неизвестно, какие мотивы и аргументы подтолкнули его к окончательному решению, но оно в конце концов было принято. И не в пользу обитательницы ванной. Единственной, кто освобождение квартиры от живности воспринял как личную трагедию, была Даша. 

– Дашечка, – успокаивали ее, – ну посмотри, какая черепаха страшная.

– Нет, красивая! – не соглашалась Даша.

– Она же злая.

– Нет, добрая!

– Она же больно кусается.

– Ну и что, пусть бы квартиру хоть охраняла!

Саша, оказавшись, можно сказать, на улице с большой морской черепахой на руках, не долго мучился, пытаясь пристроить ее в надежные добрые руки. Владельцем именно таких рук на Сашин взгляд являлся его старый друг и, что в данной ситуации имело решающее значение, менеджер возглавляемой им фирмы – Сережа Савицкий.

– Сережа, – издалека начал Саша, – у тебя же сын маленький…

– Ну, – сразу почувствовав подвох, насторожился Сережа.

– Он наверняка животных любит…

– Ну-у… – неопределенно протянул Сережа, уже не сомневаясь, что Саша подготовил ему очередную подлянку, только не мог понять какую.

– Дети должны как можно больше общаться с животными. Ты вот когда своего сына водил в зоопарк?

– Ты чего? – изумился Сережа. – Какой к черту зоопарк?! У нас же в городе нет зоопарка.

– Вот именно. И дома у тебя нет ни кошки, ни собаки. А условия у тебя для проживания животного есть – квартира-то у вас четырехкомнатная, – перекрывал Саша выбранной им жертве все пути к отступлению.

– Трех, – уточнил Сережа.

И хотя на самом деле квартира у него была пятикомнатная, он не покривил душой. Пятикомнатной она была до тех пор, пока принадлежала его жене, еще до их женитьбы и до вселения в нее Сережи. Вселившись, Сережа почувствовал себя полноправным хозяином вполне приличной по размерам жилплощади. И ему захотелось на новом месте как-то проявить себя, а то размеры его прежней квартиры (он ютился с прежней семьей в однокомнатной квартире) не позволяли ему развернуться в полной мере. Он сделал все, чтобы убедить влюбленную в него бедную женщину в том, что две дальние комнаты их квартиры следует объединить, превратив их в одну большую спальню с широкой кроватью посередине. Получив в конце концов согласие, он с энтузиазмом энергично взялся за дело. Перво-наперво напрочь сломал стену, разделяющую эти комнаты. После чего содрал со стен еще вполне приличные обои, с большим трудом снял старый, но вполне крепкий паркет, убрал всю имевшуюся там электрику, решив заменить ее новой. На этом Сережин энтузиазм закончился. Исчез без следа и намека на то, что когда-то был. Сережа плотно закрыл двери в эти комнаты, вернее уже комнату, и забыл о их (ее) существовании. 

Первые два года жена время от времени еще интересовалась: где же все-таки их большая спальня с широкой кроватью посередине, ради которой она согласилась на объединение двух комнат и их ремонт? Сережа вместо ответа непонимающе смотрел на нее, видимо, пытаясь вспомнить, о каких комнатах идет речь, и переводил разговор на другую тему. 

Так что действительно: пригодных для жилья комнат в пятикомнатной квартире на данный момент было три.

– Ты же помнишь, – продолжал Саша психологическую подготовку Савицкого, – мы решили купить для пивного бара черепаху…

Это «мы решили» звучало просто издевательски, поскольку Сережа был не только активным противником покупок всяких черепах, но и считал, что есть гораздо более выгодное вложение денег, чем какая-то сомнительная пивнуха. Но возмутиться он не успел, Саша подошел к главному: 

– Пусть пока, до открытия бара, черепаха поживет у тебя. 

 

Вскоре после этого разговора, в один из моих приездов в Иркутск, Савицкий пригласил меня к себе в гости. Мы засиделись с ним допоздна, и он предложил мне остаться ночевать. 

– У нас есть свободная комната, – уговаривал Сережа, – тебе никто мешать не будет.

Когда же я вошел в отведенную мне комнату, то понял, что свободна она не совсем. В углу стояла наполненная водой ванна, и в ней плавала крупная черепаха. Которая, по-моему, невзлюбила меня с первого взгляда. Впрочем, ее можно было понять: одно дело, когда комната полностью в твоем распоряжении, другое – когда к тебе подселяют какого-то мужика. Я устал, хотелось спать и было не до того, чтобы пытаться расположить ее к себе. Тем более, честно говоря, я тоже не испытывал к ней особо нежных чувств. Не возникли они и позже. После того как я, желая забыться крепким сладким сном, выключил верхний свет, в комнату тут же заглянул Сережа. 

– Ты это, только лампочку-то над ванной не выключай, – проинструктировал он меня, – черепахе тепло нужно.

Несмотря на усталость, уснуть не удавалось, яркий свет от установленной над ванной лампы резал глаза, дышать было тяжело из-за затхлого застоявшегося воздуха и запаха, идущего от «живого уголка». Я посмотрел на окно – оно было плотно закрыто. Но только-только я приоткрыл его и в комнату стал проникать теплый воздух летней ночи, как вбежал перепуганный Савицкий.

– Ты что, с ума сошел?! Твой же брат убьет меня, если она простудится!

И он снова плотно прикрыл окно. Мои мучения продолжились. 

Уснуть удалось только под самое утро. И то ненадолго. Эта водоплавающая гадина как будто специально ждала, когда я усну. В утренней тишине меня разбудили резкие звуки, громкое пыхтенье, сопровождаемое сопением и скрежетом. Если не открывать глаза, то можно было без труда представить нетрезвого альпиниста, пытающегося, орудуя ледорубом, взобраться по отвесной скале. Причем в метре от тебя. Спросонья я стал испуганно вертеть головой, пытаясь понять, в чем дело. Когда же понял, то мое отношение к черепахе в лучшую сторону явно не изменилось. Это она издавала все эти звуки, вылезая по специально положенным для этого случая камням. А когда наконец-то вылезла, то стала гулять по комнате, жутко при этом топая по полу. Раздражало еще и то, что делала она это, казалось, специально – нагло вытянув свою морщинистую шею, и вызывающе глядя на меня. Со сном пришлось распрощаться окончательно.

– Хорошо выспался? – вежливо поинтересовался у меня во время завтрака Савицкий.

– Нормально, – хмуро буркнул я. – Только, извини, больше я у тебя ночевать не буду. По крайней мере, пока у тебя живет эта змея в панцире.

 

Полностью отдав одну из комнат черепахе, Сережа уменьшил свое жилое пространство в пятикомнатной квартире до двух комнат. И оно продолжало оставаться таким до тех пор, пока не открылся Сашин пивбар. Там я и встретился вновь со своей старой знакомой, с которой провел у Савицкого неспокойную ночь. Черепаха, прильнув к стеклу аквариума, гипнотизировала меня своим неподвижным взглядом, словно пытаясь мне что-то сказать. Не выдержав, я отвел глаза и попросил официанта принести еще пива.

 

Добавить комментарий

Комментарии публикуются после модерации. Комментарии, содержащие оскорбления, нецензурные и грубые выражения, рекламу, не будут допущены к публикации.
N.B. Свои миниатюры и другие произведения просьба присылать на e-mail редакции, а не оставлять в комментариях.


Защитный код
Обновить

Материалы, опубликованные на страницах из произведений разных авторов, не отображаются в списках. Воспользуйтесь поиском по сайту для получения более полной информации по автору.

Фонтан рубрик

«Одесский банк юмора» Новый одесский рассказ Под сенью струй Соло на бис! Фонтанчик

«эФка» от Леонида Левицкого

fontan-ef-newyear-santa.jpg

Книжный киоск «Фонтана»

«Фонтан» в соцсетях

  • Facebook – анонсы номеров и материалов, афоризмы и миниатюры, карикатуры
  • Google+ – анонсы номеров
  • YouTube – видеоархив

 

 

Авторы