Сентябрь.

Одессе 227 лет.

Пора в школу...

Новые истории с бородой

Мнение знатока

Борис Бурда

Начнем, пожалуй, с того, что бородатых людей в мире вообще нет и никогда не было. Применим метод математической индукции. Пусть N – число волос на лице данного индивидуума. Если N=1, он явно не бородат. Если же, скажем, при N=K он безбород, то и при N=K+1 это тоже верно – один лишний волос положения дел не меняет. Утверждение доказано. Так что если вы увидели на улице кого-то с бородой – у вас явная галлюцинация. То, что это галлюцинация массовая, не так уж существенно; готовы ли вы считать окружающих нормальными людьми, читая те же газеты, что и я? 

Лучше махнем на все рукой и представим себе, что бороды реально существуют – хотя бы смеха ради. А давно ли такое началось? Да Бог знает когда – ведь у первобытных людей не было бритв «Жиллет». Целесообразней сначала разобраться, когда на свете появились бритые. Хотя, немного модифицировав приведенную выше теорему, можно без труда доказать, что и небородатых людей на свете не существует. В том числе и женщин.

Отсутствие бород породила хорошая сталь. Греки называли негреков варварами, что, по некоторым источникам, и означало «бородатые»: бриться было нечем. На то, чтоб выщипывать бороду по волоску, хватало сил только у высокопоставленных священнослужителей, а опаливать себя, как куриную тушку, мог далеко не каждый. Собственно, тогда и появилась борода: кто же обратит на нее внимание, если бородаты все?

Те, кто бриться все равно не хотел, подводили под свое желание идеологическую базу. Представители целого ряда религий считают бритье делом небогоугодным. Конечно, если всюду искать своих и чужих, это удобно: есть борода – свой, нет – чужой. Правда, некоторые правоверные все-таки дали заработать парикмахерам, обривая головы. Тут уж не спутаешь! 

Борода могла быть не только национальной или конфессиональной, но и профессиональной приметой. Древние кузнецы просто обязаны были носить бороду, служившую им примитивным термометром, да еще и работать в полумраке, чтоб лучше различать при закалке цвета побежалости. А в Древнем Египте жрецы контролировали качество строительства храмов и пирамид с помощью волоска из собственной бороды. Если волосок не проходил между плитами – значит, с качеством все в порядке.

Хватало историй с бородой и на Руси – как и самих бород. Отсутствие бороды считалось то редкой причудой (современники отметили необычный поступок великого князя Василия Третьего, сбрившего бороду в угоду будущей матери Ивана Грозного Елене Глинской), то жутким проступком (протопоп Аввакум отказался благословить боярина Шереметева, явившегося к нему в блудоносном облике – то есть без бороды). Да и вообще считалось, что без бороды нельзя попасть в рай. Скульптор Мартос изобразил самого себя на барельефе памятника Минину и Пожарскому. Любой москвич или гость столицы может подойти к барельефу и найти Мартоса в толпе без труда. Он там один без бороды.

Запечатлел, естественно, бороды и русский лубок. Правда, со временем один из его персонажей – страшный бородатый разбойник претерпел немалую эволюцию. Его имя, происходящее от латинского «барба» – борода, в итоге из человечьего стало собачьим. А многочисленные Барбосы даже не знают, за что же их так прозвали.

Бороду, как этнокультурный признак россиянина тех времен, зафиксировали и ближайшие соседи. Предполагают, что общеизвестная дефиниция «кацап» образовалась от украинского слова «цап» – козел. Кацап – то есть как цап. В те времена, когда родилось это слово, подавляющее большинство русских, как и козлы, носили бороды. А украинцы вместо бород носили то, что в Древнем Египте называли «локон юности», а на Арабском Востоке – «мост к Аллаху», то есть длинный хохол на выбритой голове. Так что кацапы зовут украинцев хохлами, хохлы русских – кацапами, а и те и другие, может, хотя бы теперь начинают понимать, что другой народ не стоит оскорблять и поддразнивать даже в шутку.

Великую войну с бородой начал триста лет назад Петр Первый. Исключение сделали для троих: для боярина Черкасского – из уважения к его преклонным годам, для патриарха – в силу его сана, и для первого губернатора Московской губернии Стрешнева. Остальных поставили перед дилеммой – брейся или плати. С дворян и чиновников за право носить бороду ежегодно брали по 60 рублей, с крупных купцов – 100 рублей, с ремесленников – 60 рублей, с ямщиков, церковных причетников и других мелких чинов – 30 рублей. А с бородатых крестьян брали по копейке при въезде в город – брейся или сиди дома. Уплатившим налог выдавали специальную бляху с надписью «Борода – лишняя тягота». Наглядная агитация, так сказать.

Для многих в те времена «босое лицо» было трагедией. Священники говорили архиепископу Дмитрию Ростовскому: «Владыко святый, как ты велишь? Велят нам по указу бороды брить, а мы готовы головы наши за бороды положить; пусть нам лучше отсекут головы, чем сбреют бороды». Архиепископ, желая снять напряжение, резонно отвечал по-одесски – вопросом на вопрос: «Что отрастет: голова ли отсеченная или борода обритая?» Но это убеждало не всех, и люди шли за бороду в тюрьму и на плаху.

Надо сказать, в Российском государстве борода всегда оставалась еще и тайным знаком, свидетельствующим об общественном положении, политических симпатиях и много еще о чем. Например, о сословной принадлежности. Не зря же в 1814 году, во время ввода в Париж русских войск, там началось повальное увлечение бородами. В местных газетах писали с восторгом: «Борода – это естественное украшение особ сильного пола. Она – часть мужской красоты. Она изменяет пропорции лица, изменяет оттенки кожи щек и подбородка, защищает кожу своим шелковистым сумраком и усиливает ее блеск. Только борода может придать особую значительность лицу мужчины». Так кто же так очаровал и покорил все видавший Париж? Русские казаки – для них борода была чуть ли не частью военной формы.

Впрочем, почему я оговариваюсь? Именно частью формы. Пушкин вот никогда не носил бороды, а, скажем, Белинский носил. Дело в том, что Пушкин состоял на государевой службе, а Белинский – нет. Поэтому Пушкин обязан был брить бороду – не просто так, а по государеву указу. В свое время я даже отвечал на вопрос: «Что пришлось бы сделать Марксу и Энгельсу, если бы им вместо научной работы в Германии вздумалось бы поступить на гражданскую службу в России?» Ответ понятен: сбрить бороды и усы согласно соответствующему указу Николая Первого. Кстати, мало кто дал правильный ответ – многие грешили на Марксову пятую графу. Кого это тогда волновало? Крестись – и служи себе. Только бороду сбрей.

А во флоте было наоборот. В свое время вице-адмирал Колчак последовал примеру старшего лейтенанта Павлинова, после чего в русском флоте их стало двое и оба они рисковали лишиться благоволения государя-императора, ибо слишком выделялись своим внешним видом – брили и усы, и бороду. Единственные во всем флоте!

Интересную моду, между прочим, ввели итальянские военные. После войны 1882 года за освобождение Италии среди них получила большое распространение раздвоенная борода а-ля Франц-Иосиф. Знаете, почему? Она не закрывала висящие на груди ордена. Запустил окладистую бороду – не обижайся, если все решат, что ты недостаточно храбро воевал и хочешь скрыть это под немодной бородой.

Еще одна профессия, для которой борода обязательна – это Дед Мороз, он же Санта-Клаус, он же Пер Ноэль, он же Баба Натале... в общем, кличек у него – как у матерого уголовника, но больно уж характерная особая примета. И не у всех из них бороды накладные. Не зря, например, Брейди Уайта называют «Санта-Клаусом для богатых» – в самом деле, его рождественский визит стоит дорого. Дети богачей и знаменитостей с удовольствием дергают его за бороду, совершенно не рискуя разрушить иллюзию. Дело в том, что борода у него настоящая.

А вот где борода, как говорят медики, не показана – так это в пожарном деле. Начальник пожарной команды города Линн, штат Массачусетс, прославившийся в среде сослуживцев приказами в стиле Петра Первого, для обеспечения пущей безопасности пожарных при работе приказал им обрить бороды, поскольку к бородатому лицу плохо прилегает защитная маска. И тут трудно с ним не согласиться...

Впрочем, не только в профессии дело. Ученые установили, что борода очень вредна для здоровья. Она выделяет фенол, бензол, толуол, аммиак, сероводород, диметилсульфид, диэтиламин и диэтилмеркаптан. Более того – повышает давление, раздражает слизистую оболочку глаз и дыхательных путей, снижает работоспособность и повышает заболеваемость. Если прибавить сюда еще и то, что она способствует облысению, то неудивительно, что борода снижает продолжительность жизни на один – три года. Правда, для тех, кто пьет и курит, такой аргумент даже приводить смешно.

А сохранилась ли в наше время роль бороды как партийного значка? Еще как – достаточно вспомнить Фиделя Кастро. Да и в наших краях кто не отличит окладистое помело славянофила от козлиного клинышка западника? Впрочем, согласно классификации философа Виктора Малахова, борода может сказать о своем носителе еще больше. По его мнению, владелец косматой карабасовской бороды – скандалист, но не очень опасный (сам предупреждает о возможной опасности). Двухсантиметровая борода – скорей анархический протест: не столько для себя, сколько для других. Бакенбарды, плавно переходящие в бородку клинышком, – признак мобильного современного человека со строптивым и задиристым характером. У нынешнего модника скорей не борода, а трехдневная щетина. Владельцы большой густой бороды архаичны и индивидуальны, но далеко не всегда гениальны – Лев Толстой скорее исключение, чем правило. Борода «цыганская» или а-ля Мефистофель символизирует псевдозначительность, ее цель – только произвести впечатление. Шкиперская – признак нерешительности и попытка скрыть действительность. Посмотрите на себя в зеркало – и поймете, кто же вы такой.

В общем, относитесь к бородам как хотите, но не считайте их делом пустым и нестоящим. «Лучше раз в год родить, чем каждый день бороду брить» – говорит зафиксированная Далем народная мудрость. Так что в любом случае завести бороду – это немалый труд, который неправильно не уважать. Особенно мне, чья фамилия Бурда, согласно наиболее убедительной версии, не имеет никакого отношения к кулинарии (и слава Богу, а то неудобно было бы о еде писать), а происходит от немецкого слова «das Bart» – борода. Так что прошу считать этот текст еще и данью уважения к неведомому мне бородатому предку. Думаю, что он был практически у каждого из нас. 

 

Комментарии  

0 #1 БородаВитя Бревис 27.05.2017 21:13
Все было очень интересно, только борода на немецком языке мужского рода, а не женского и не среднего, как на некоторых других: der Bart.
Цитировать

Добавить комментарий

Комментарии публикуются после модерации. Комментарии, содержащие оскорбления, нецензурные и грубые выражения, рекламу, не будут допущены к публикации.
N.B. Свои миниатюры и другие произведения просьба присылать на e-mail редакции, а не оставлять в комментариях.


Защитный код
Обновить

Фонтан рубрик

«Одесский банк юмора» Новый одесский рассказ Под сенью струй Соло на бис! Фонтанчик

«эФка» от Леонида Левицкого

fontan-ef-fontan.jpg

Книжный киоск «Фонтана»

«Фонтан» в соцсетях

  • Facebook – анонсы номеров и материалов, афоризмы и миниатюры, карикатуры
  • Google+ – анонсы номеров
  • YouTube – видеоархив

 

 

Авторы